Источник публикации: История. Еженедельное приложение к газете "Первое сентября", № 25, июнь 1999, С. 10-12.

Я. В. Чеснов

Чудо святого Георгия, древние легенды и московский герб.

В маленьком московском переулке, расположенном позади  Политехнического музея, в том месте, которое называлось Старые Лучники, находится небольшой скромный храм, стесненный большими московскими домами. Это храм св.Георгия Победоносца, построенный в конце ХVII столетия. Он стоит на месте еще более древнего храма, упоминание о котором в летописи относится к 1460-му году. Четырнадцатый и пятнадцатый века в истории российского государства были временем все возраставшей роли Москвы. В той консолидации духовных и государственных сил свою огромную, но еще до конца неизученную и неоцененную роль сыграл св. Георгий Победоносец. Значение этой духовной силы отмечено тем, что его образ стал родоначальником Московского герба.

Если вы подойдете поближе, то на фасаде здания увидите копию иконы изумительной красоты - конное изображение Георгия Победоносца, поражающего змия. У Георгия имеется золотой нимб, атрибут святого. Если рассматривать композицию в целом, то нимб святого, как солнце, противостоит змию, носителю мрака. Икона изысканна в силу колоссальной художественности. Георгий - юноша с молодым пластичным телом. Размах его руки, устремляющий копье вниз, полон свободной и разумной энергии. Его белый конь само вдохновение молодости, веры в справедливое дело. В то же время конь очень похож на игрушки-лошадки нашего детсква, на изображения коней в иллюстрациях памятников русской письменности или современных иллюстраций старинных сюжетов. Золото нимба как будто диск солнца, осеняющий голову всадника, а копье - это луч солнца. Змей уже поражен, его тело сдвинуто к задним копытам коня. На иконе показаны "горки" - такое изображение ландшафта, которое воспринимается так, будто действие происходит над землею, где-то в небесной выси. Но куда же стремится всадник на белом коне?

Всякий герб не просто красив. Он не только запоминающееся изображение. В каждом гербе заключена явная, всем понятная мысль. Но такой герб как герб Москвы помимо очевидных смыслов, связанных с конкретной историей города - столицы государства, наполнен также скрытыми смысловыми идеями. Кто этот воин, со свом конем воплощающий одно общее движение? Почему всадник стал называться Георгием Победоносцем? Почему он так слит со своим белым конем в общей идее, в одном образе, в одной линии, энегрично и красиво поднимающейся снизу вверх направо? Что за мифическое чудовише, в которого падает эта линия в виде золотого копья сверху вниз и налево? Какие исторические горизонты стоят за всем этим, как развивался герб Москвы ? Этих и подобных вопросов нам нужно коснуться, чтобы раскрыть удивительную выразительность московского герба и понять после этого его поэтику.

Дело в том, что история московского герба насчитывает не сотни, а тысячи лет. История его оказывается связанной с другими древними и современными народами. С историей религий и с историей цивилизаций. И на этом долгом и сложном пути образ герба Москвы все больше оттачивался выразительно, уточнялся в деталях, чтобы стать не каким-то раритетом прошлого, а символом огромного, динамически развивающегося города. Символом нашего высшего сознания, преодолевающего в самом себе темные, иррациональные, эгоистические побуждения, открытости сознания и города миру.

Есть простые по исполнительному замыслу гербы городов: если на нем обозначен колос хлеба, этот город славится хлебной торговлей, на другом гербе изображены, например, пушные звери - герб следовательно принадлежит какому-то сибирскому городу, славящемуся торговлей мехами.

Герб Москвы намного сложнее, у него своя особая философия. В нем изобразительно выражены глубины бытия, единение земных уровней жизни с небесными. Голубой плащ Георгия это излучение неба, которое дает высшую санкцию не только жизни самого города, но и вообще возникновению нашего человеческого сознания. В гербе Москвы зашифрована тайна действия всех мироустроительных и культуростроительных сил, вплоть до почитания женского начала или здоровья человека. Не говоря уже об указаниях на историю княжения великих правителей российской и русской земли, ее собирателей и организаторов. Московский герб, следовательно, не просто эмблема, указывающая на какую-то достопримечательность места. Он обладает настоящей тайной символа, тем, что С.С.Аверинцев назвал его "сплачивающей теплотой" последнего. У этого герба много загадок, уходящих не только в российское, но и в более раннее прошлое, в скифское и предскифское, даже в общечеловеческое.

Но сначала о гербах как таковых. Само это слово польское по происхождению. Оно происходит от корня, означающего наследство (от корня herb, erb, irb). Герб всегда является индивидуальным мемориальным знаком. В древних эпосах такими знаками обладают мифологические персонажи. Так, у древних греков Геракл, победив чудовищного немейского льва, стал носить его шкуру. Поэтому греки всегда знали, что человек, одетый в шкуру льва в изображении на керамической вазе, это герой Геракл, а по трезубцу узнавали бога морей Посейдона. Ахиллесов щит, изготовленный богом кузнечества Гефестом, это индивидуальный атрибут героического Ахилла.

Европейское и ближневосточное средневековье было очень чувствительно к символическим индивидуальным знакам на вооружении и одежде, указывающих о славных деяниях и храбрости воинов. Особый период в развитии геральдики крестовые походы. Рыцари, их участники, в боях искали себе только равных по сану противников. И чтобы можно было различить кто есть кто среди одетых в железные доспехи, использовались личные гербы. Примечательно, что гербовые знаки одинаково читались как крестоносцами, так их противниками арабами. Последние, видно, и были обладателями той культурной силы, которая хранила наследие далекого прошлого и стимулировала развитие европейской геральдики. Это касается и московского герба.

Считается, что в гражданском быту гербы появляются около 1000 года. Здесь лидируют испанцы, особенно тесно связанные с арабским миром, потому что когда-то большая часть Испании принадлежала арабам и которая была отвоевана у них в ходе так называемой реконкисте. Так, одна из древнейших гербовых печатей была обнаружена на брачном договоре кастильского инфанта по имена Санхо с дочерью беарнского виконта Гастона II Вильгельминой.

Интересное направление геральдики связано со сресредневековыми турнирами в Западной Европе. Здесь свое слово сказала  Германия.  В  X  веке  там  сформировался  институт геральдов (Heeralt) - буквально ветеран. Это были люди, сами отмеченные доблестью и следившие за этикетом боя. Интересно, что герб по-французски называется blason,  что происходит от немецкого  blasen  - дуть в рог:  когда рыцарь приближался к барьеру, разделяющему соперников, он трубил, сообщая о своем прибытии.  После  этого  на арену выступал геральд и сообщал присутствующим имя и деяния рыцаря.

Но поспешим на русскую почву. Здесь в истории гербов и геральдик большую роль сыграл царь Алексей Михайлович. До его правления у двухглавого орла, который ставился на государственные печати, и у гербов городов, не было строгих форм. По просьбе царя в Москву был приглашен польский специалист по геральдике (герольдмейстер) Лаврентий Курелич (Хурелевич). В 1673г. для посольского приказа им было написано пособие "Родословия российских великих князей". Вскоре появился другой труд Артальона Сергеевича Матвеева "Всех великих князей московских и всея России самодержцев персоны и титла и печати". Гербовая система была окончательно приведена в порядок при Петре I.

Переходим к описанию и изобразительной истории Московского герба. В нынешнем своем виде герб Москвы представляет собой фигуру всадника - св.Георгия Победоносца, одетого в серебряные доспехи с голубым плащом. Золотым копьем он поражает черного дракона. Этот герб был утвержден в 1995 г. В советские годы герба Москвы не было - идея локального символа была совершенно чужда универсалистскому и тоталитарному сознанию. Напомним попытку ввести в качестве эмблемы Москвы статую Свободы, стоявшую около обелиска. Автором монумента, установленного в 1924 г., был талантливый скульптор Н.А.Андреев. Она была установлена на том самом месте перед зданием Моссовета на Тверской, где до этого стоял памятник герою русско-турецкой войны прошлого века генералу Скобелеву. Кстати, прозванному "белым генералом", потому что он воевал на белом коне и в белой бурке. Статуя Свободы, моделью для которой послужила одна выдающаяся актриса, так и не прижилась и была куда-то свезена. Ее место занял теперешний памятник князю Юрию Долгорукому. Конный памятник князю для Москвы несет в себе идею герба - всадник первоначально на Руси был именно княжеским символом.

Действительно, начиная все с того же Х века, изображение конного воина считалось княжеским знаком. В нем уже при Ярославе Мудром видели патрона князей св. Георгия. Неслучайно, что Ярослав принял имя Георгий в качестве крестного. В этой княжеской традиции имя св.Георгий нес прежде всего идеал доблестного мужа, воина. Московский князь Юрий Долгорукий, сам связанный своим именем с Георгием, распространял культ этого святого, основывая в его честь храмы в Юрьеве-Польском и Юрьеве-Подольском. К ХI-XII вв. относится знаменитая поясная икона св.Георгия из Успенского собора в Московком Кремле. Она изображает юношу воина, носителя воинской доблести. Причем, воина христианина. Этот образ заменяет собой более древний русский образ богатыря, обладателя силушки, который толком не знает куда ее применить. В эпоху становления Московского государства с особой силой выразилась потребность в образе идеального мужа, защитника христианства. Интересно, что в образе юноши воина вплетается также мотив о самом Христе, который аскетически боролся в пустыне со всякими искушениями.

Всадник-змееборец св.Георгий изображен на фреске Георгиевского собора (XII в.) в Старой Ладоге. В XIV-XV вв. все больше распространяются всаднические изображения св.Георгия в тот момент, когда он оружием поражает дракона. На Спасской башне Московского Кремля скульптурная фигура св.Георгия появилась в 1464 г. Здесь уже четко видна его функция не только патрона князя, но и покровителя всего русского народа и Московского государства. В некоторых изображениях Георгий представлен без нимба. Тогда это уже не святой, а сам царь, принявший на себя сакральные функции. Это было направлено на укрепление идеи царя-самодержца.

Теперь мы должны перейти к подробностям апокрифического жития св.Георгия Победоносца. Самой церковью это житие было отвергнуто. А в католичестве лишь несколько лет назад отказались от почитания Георгия как святого и реального мученика. Его история относится к эпохе правления императора Диоклетиана (284-305 гг.). Молодой полководец Георгий происходил из знатной семьи. Имя, данное ему, означает по-гречески "земледелец". Он был уроженцем Каппадокии в Малой Азии или соседних ливано-палестинских областей. Во время Диоклетиановых гонений на христиан его принуждали к гонениям на последних, к истязаниям. Он отказался от своей должности. За это он был посажен в тюрьму и после 80-дневных мук был обезглавлен в Никомидии 23 апреля 303 г. Считалось, что голова его впоследствии оказалась в Риме, в храме св.Георгия. По мнению С.С.Аверинцева, Георгий скоро вошел в ряд христианских великомучеников из военного сословия наряду с Дмитрием Солунским, Федором Стратилатом, Федором Тироном, Маврикием и др. Эти великомученики в мифологии христианства становятся небесными покровителями "христианского воинства", носителями качества идеального мужества и аристократизма. Таким стал и Георгий - аристократ, мученик, воплощение сословной чести, покровитель военной знати Византии, князей у славян, рыцарства в Западной Европе. Но примечательно, что подвижническая жизнь Георгия, его личное мужество захватило воображение не только христиан, но и соседние мусульманские народы.

В круге ближневосточных культур образ св.Георгия слился с образами аналогичных и более древних персонажей-мучеников. Ареал этих культур очаг древнейшего земледелия. Здесь некогда зародилась идея, олицетворяющая страдания человека захороненным, а потом проросшим зерном. Эта идея проявила удивительную устойчивость и прошла сквозь века. Образ Св. Георгия разными нитями связан с названной идеей. Одна из них персонаж по имени Хадир, Хазир, или Хидр (буквально по-арабски "Зеленый"). В мусульманских странах очень популярно верование в этого святого, отличительная черта которого бессмертие. Он ходит в зеленых одеждах. Он покровительствует растительному миру. Он также связан с водой. Поэтому он оберегает путешествующих по морю и к его имени взывают о помощи тонущие. В мусульманской Индии он стал божеством рек и колодцев. В Средней Азии Хазрати Хызр воспринимается как популярный в народе святой, иногда делающийся видимым людям и совершающий всякие благодеяния. У курдов, расселенных в ближневосточных странах от Турции до Туркмении, перед Наурузом (весенним Новым годом) устраивается праздник в честь святого Хыдырнебе. Он покровительствует растительному и животному миру. Ученые этот образ идентифицируют с Георгием Победоносцем. Имя Хадира обычно произносят вместе с именем другого мусульманского бессмертного Илйасом. В Турции это как бы один святой Хадыр-Ильяс. Работая в Абхазии я установил народный праздник Хдырлаз. Это день в апреле, когда людям не положено беспокоить растительность (вся земля отдыхает). Спустя только некоторое время я установил, что это и есть Хадыр-Ильяс.

В науке считается, что образ Хадира восходит к безымянному "рабу Аллаха", который учил мудрости и терпению странника Мусу. В мусульманском мире образ безымянного, но справедливого и мудрого раба Аллаха несет большую нравственную силу. Эти черты стали ассоциироваться с образом суфийского учителя ХII века Абд-ал-Кадир ал-Гилани. Это основатель кадирийского суфийского ордена, прозванный "Розой Багдада". Орден кадирийцев чрезвычайно распространен в современной Чечне. Его члены исполняют танец - зикр ("поминание Бога"). Распространению этого ордена в Чечне в прошлом веке в эпоху Шамиля способствовала деятельность выдающегося чеченского вероучителя Кунта-Хаджи Кишиева. Его почитатели до сих пор считают, что он не умер, что он появляется в трудную минуту для того, чтобы выручить человека. Этот святой тоже воспринял черты зеленого старца Хадира.

Победа над собственной смертью - вот что, пожалуй, захватывало первоначально воображение почитателей св.Георгия. По мусульманской легенде Георгий, называемый здесь Джирджис, три раза умерает и оживает при пытках. В византийской легенде он устрашает врагов, даже будучи лишен головы: известна икона, где он изображен стоящим с собственной головой в руках. В славянских странах Георгий становится божеством весны: у хорватов это Зеленый Юрай, у восточных славян Егорий-Храбрый, почитаемый в народе как покровитель весенних земледельческих работ и первого выгона скота на пастбища. Несомненно, что у славян образ Георгия контаминировался с образами весенних божеств Герилой и Яровитом. Отсюда возникла форма его имени Юра, Юрий, Еры (у белорусов). Егорий стал у крестьян "загонщиком скота", охранителем его от волков.

23 апреля в Восточной Европе, на Кавказе и на Ближнем Востоке это важная дата в цикле сельскохозяйственных работ и праздников. Это прежде всего выгон на пастбища скота, что сопровождалось особым праздником, с принесением в жертву первого весеннего ягненка. Егорий охраняет скот от волков, они сами становятся его псами. Он охраняет также людей и животных от змей, так как в одной из древних легенд он победил змея. Колоритные были восточнославянские весенние праздники окликания, посвященные Георгию. Егорьевский цикл составляют особые песни. Вот Костромской вариант: "Мы вокруг поля ходили, Егория окликали... Егорий, ты наш храбрый... Ты спаси нашу скотину в поле и за полем, в лесу и за лесом, под светлым месяцем, под красным солнышком, от волка хищного, от медведя лютого, от зверя лукавого".

Мы подошли, может быть, к главному обстоятельству легенды о Георгии Победоносце. В христианских вариантах (апокрифические жития) деяния св.Георгия приурочены к IV веку, только вместо римского императора Деоклитиана в греческом тексте жития появляется персидский царь Дадиан. Этот греческий текст лег в основу арабского варианта, немецких и французских поэм и русского духовного стиха о Егории Храбром. По этой легенде в неком языческом городе где-то на Ближнем Востоке, скорее всего в Ливане, объявилось чудовище-дракон, он поселился на болоте, от жителей города он требовал регулярных жертвоприношений - юношей и девушек. Их выбирали по жребию и в конце концов дело дошло до дочери правителя города. Как раз в тот момент, когда девушка получила свой ужасный жребий, мимо этого города проезжал Георгий на коне. Он повел коня к воде, чтобы его напоить. На берегу он увидел обреченную девушку и змея-людоеда. Силой своей молитвы Георгий укротил дракона. А девушка отправилась домой, ведя чудовище на поводке. Пораженные жители высказали пожелание перейти в христианство. В конце концов Георгий сражает голову змея, а деву отдает ее отцу. Чудо св.Георгия о змее и девице случилось 26 ноября (старого стиля). Этот день праздновался как осенний Юрьев день.

В русском стихе о Егорее Храбром акцент сделан на духовном аспекте истории. Здесь Егорий оказывается сыном Софии Премудрой, царствующей в Иерусалиме. Образу Егория приданы космогонические черты: "голова у Егория вся жемчужная, во всем Егорее часты звезды". Егорий выступает здесь как световое божество. Напряженность мотиву придает его заключение в темницу царем Демьянищем (все тот же Деоклитиан). Заточение длилось 30 лет. После этого срока Егорий сам себя освобождает и начинает ходить по Русской земле, утверждая христианство. Эта религиозная функция Егория оказывается аналогичной мифическому хождению Богородицы по Русской земле и Андрея Первозванного. Перед нами мотив космического странника, пришельца - тот же мифологический ход, что проявляет Георгий, когда он со своим конем оказался около болота с драконом. Дракон, или змей это косная стабильная сила. Георгий, или Егорий носитель свободного творящего духа. Отметив это, перейдем к следующему любопытному эпизоду истории об Егории.

Во время своих странствий по Руси Егорий находит своих трех языческих сестер. Они были дикими пастушками, а их стадом была волчья стая. Егорий обращает пастушек к христианскому образу жизни и подчиняет себе волков. Он становится тем самым правителем волков. Отсюда пошла на Руси традиция крестьянских заговоров, обращенных к Егорию и направленных на сохранение стада от волков. Этот мотив волков, ставший крестьянским верованием, восходит к воинской культуре многих народов Передней Азии, Кавказа, Европы, где поколение молодых мужчин-воинов символически обозначается псами или волками. На Кавказе эта культура выразилась в почитании собаки, как, например, у абхазов (считается, что в ней течет кровь первого мужчины Адама), в почитании волка у чеченцев и в обычае опричников Ивана Грозного приторочивать к седлу собачью голову.

В более глубоких мифологических пластах мышления волки и собаки соприсутствуют творению человека или, наоборот, моменту ухода человека из жизни (собака нахадилась рядом с Богом при сотворении человека в якутском, алтайском, русском и др. мифах). У ног индийского бога смерти Ямы находятся две собаки. Видно, великолепная интуиция поэта Вяч. Иванова его не подводила. В "Повести о Святомире-царевиче" он использует космический световой аспект Егория в русском духовном стихе и его мистическую власть над волками. В этой структуре Вяч. Иванов видел специфическую сторону исконно славянского мировоззрения.

История Егория Хороброго кончается его сражением с Демьянищем и изведением "бусурманства" на Руси. Это мотив уже чисто идеологический. В западноевропейской традиции наряду с аллегорическим толкованием истории Георгия (дракон - это язычество, девица - церковь) в большей мере, чем в славянских версиях проявился куртуазно-рыцарский момент. Рыцарям-крестоносцам, вернувшимся от гроба Господня, был близок образ Георгия рыцаря, спасающего женщину. В их среде даже родилась легенда, что при взятии Иерусалима в 1099 г. он был вместе с крестоносцами и что сам он был одет в белый плащ с красным крестом. Поэтому с ХIV века крест св.Георгия становится популярен в Англии, а сам Георгий рассматривается как патрон государства. В 1318 г. там была установлена высшая награда - орден подвязки. Напомним, что в ХIV веке Георгий становится покровителем и Московского государства. Но военный орден "Св. Великомученика и Победоносца Георгия" в России был утвержден только в 1769 году, а Георгиевские кресты стали знаком военной доблести в русской армии только в 1913 г.

Для раскрытия глубинных смыслов истории св. Георгия есть у нас еще одна драгоценная смысловая нить - это грузинские представления о Гиорги (ударение на первом и), нашем уже хорошо знакомом св. Георгии, который дал само название стране Грузии (Джорджии). В грузинских народных представлениях речь идет о странствующем охотнике Гиорги. Он защищает мирных труженников от диких зверей, он устроитель мира. Он же покровительствует земледельцам, но кроме этого он несет в себе и космическую силу, будучи повелителем небесного огня и грома, который производится копытами его коня. Как сезонное божество Гиорги умирает вместе с осенним угасанием природы и возрождается весной. Вот почему византийская легенда о страданиях св. Георгия оказалась близка народным верованиям грузин, да и не только грузин, ведь этот образ наложился на древнейшие представления об умирающих и воскресающих божествах вроде древнеегипетского Озириса, Таммуза и Адониса у древних семитских народов Ближнего Востока. В грузинской мифологии Гиорги оказывается защитником людей перед богом, богоборцом типа грузинского Прометея по имени Амирани. За это бог поразил Гиоргия: его тело было разъято на 360 частей и разбросано по всей Грузии. Там, где оказались части его тела, считается, позднее были построены христианские церкви. Мотив 360 кусков тела Гиорги - это мантика времени, выраженная в грузинской культуре. Это число дней, приблизительно равное году. В больших глиняных кувшинах для вина, зарытых в землю, положено было наливать 360 столовых кувшинов вина. Сюжет о разъятом теле Гиорги вторичен, так как первоначально разъятым мыслилось тело животного, коня Гиорги. В абхазской культуре, в этой мантике времени близкой грузинской, мне удалось записать такой сюжет. Об одной старушке-абхазке, выходившей замуж в начале века, мне рассказали, что девушкой она заявила, что выйдет замуж только за такого мужчину, который назовет в туше быка 360 частей, которые нельзя есть. Бык в этой истории тоже символ года. Такой как в якутском мифе о быке "тигровой" масти, который приходит откуда-то весной на сочные Ленские луга, а поздней осенью превращается в птицу, которая в конце зимы куда-то улетает, теряя перья. Значит, распадающееся тело животного олицетворяет движение времени, уход которого мы воспринимаем как течение воды, но это пришло к нам из античной натурфилософии.

Грузинская история о Гиорги позволяет нам осветить некоторые аспекты этой концепции животного времени. В ней рассказывается, что на святилище, посвященное Гиорги, стали приходить дикие животные (олень, лань, горный тур), чтобы добровольно принести себя в жертву. Женщинам нельзя было есть их мясо, но одна женщина таки умудрилась это сделать. Тогда Гиорги повелел заменить дикого оленя домашним быком. В этом эпизоде Гиорги выступает мужским божеством, чурающимся всего женского, также как и его осетинский двойник Уастырджи - мужское божество и покровитель охотников и странников. Культ Гиорги у картвелов близок культу бога Джарг у сванов и Джеге у мегрелов.

Что же это за мотив о приходящих на жертвоприношение животных? Сходные легенды о животных, ведущих себя подобным образом, известны у абхазо-адыгских народов. В 80-е годы в одном абхазском роде никто не умер. Его члены устроили фамильное празднество. Его участники рассказывали мне, что неизвестно откуда появились козлята, которых принесли в жертву. Кстати, легенда об олене, который сам приходит к людям для жертвоприношения, записана на русском Севере. Собственно говоря, та же мысль, что животное отдает людям самого себя, заключена в убеждении охотничьих народов Сибири, например, хантов - олень сам подставляет охотнику "убойное место".

Все эти сюжеты говорят об особом восприятии мира, в котором происходит самодвижение смыслов в силу каких-то скрытых от человека причин. Иногда, когда это крайне необходимо человеку, такой смысл может оказаться благодеянием - и дикое животное добровольно приносит себя в жертву интересам человека. Примечателен момент, отмеченный историей о Гиорги: в силу нарушения установленного порядка дикое животное было заменено на домашнее. Бык в древних мифологиях стал символом-носителем культурных благ, первой буквой древнейшего алфавита, ведь буква "а" это перевернутое изображение бычьей головы. Какова же роль коня?

Конь играет совершенно исключительную роль во всем образе св. Георгия. Привнес ли конь в этот образ мотив самопожертвования, о котором мы говорили выше? Несомненно, что древнейшее человеческое восприятие мира совпало с идеей человека страстотерпца, подчеркнув его благородство и аристократизм.

Но у коня еще есть и другие смыслы. Одомашнивание лошади, очевидно, произошло в кругу индоевропейских народов где-то во II тыс. до н.э. У этих народов есть близкие мифологические персонажи, связанные с конями. Древнейшие персонажи пользуются колесницами: таково солнце, движущееся по небу. Таков хеттский небесный бог Пирва и литовский Перкунос, славянский Пирун, последние стали божествами грозы. Как считает Вячеслав Всеволодович Иванов, древнейшие индоевропейские конные божества чаще были женскими. В этом круге идей возник миф о всадницах-амазонках. Миф вовсе не отражает реальность, но ее дополняет, привнося в культуру особое состояние сознания. С конем связано представление о самостоятельно действующем сознании человека, преодолевающем, отбрасывающем даже его собственные хотения последнего. Конь - это побудительная пассионарная сила психики человека, которая может устремиться и против интересов самого носителя сознания. В абхазском мифе, мной записанном, прямо говорится, что табун лошадей хотел растоптать копытами первого человека Адама, так как лошади предугадали, что двуногое существо когда-то водрузится сверху и будет повелевать. Адам вырвал из бедра кусок мяса и бросил в табун, налету он превратился в собаку, и она лаем отогнала лошадей. У грузинских горцев хевсуров я беседовал со старым жрецом хевисбери. В молодости он не хотел быть жрецом, но ему постоянно снились мучительные сны, где белый конь передними копытами гнал его в сторону языческого святилища. У мегрелов девушка, больная шаманской болезнью, мне рассказывала, что во время приступов она видит духов, приехавших на лошадях. Они манят ее выброситься со второго этажа. Видно, само всадничество в древности воспринималось как шаманский подъем вверх, как полет. Отсюда у скандинавов священное дерево ясень называется "конем Игга" (т.е. шаманствующего Одина). И образ Пегаса, спутника поэтического экстаза. Сознание, олицетворенное в образе всадника, становится благодетельным через молитву и культ. Так на Балканах еще в бронзовую эпоху появился образ "фракийского всадника", приходящего на помощь при болезнях. У памятников скифов, живших в первом тысячелетии до новой эры в Причерноморских степях, было найдено изображение всадника, направляющего копье в зайца у ног лошади. Заяц всегда символ похоти, трусости и других низменных качеств человека. Скифское изображение показывает борьбу в человеке его высшего сознания с низшим, с использованием энергии, которая обозначена символом коня.

Св. Георгий очень рано стал восприниматься как всадник в легенде спасающего Елезавету от змея, потому что через энергийную мощь коня ответственное перед жизнью высшее сознание должно было обладать средством обуздания низших инстинктов.

Мы прояснили сейчас историю св. Георгия и его коня. Нам необходимо теперь перейти к образу поражаемого дракона. На гербе Москвы он изображен черным цветом - как мрачное, противостоящее начало белому коню Георгия. Он крылат. Может быть это намек на то, что в образе дракона скрывается тоже наше отделившееся сознание, но не благодетельное, а зловредное? В иконической истории изображения драконов, кстати, крылатость появилась довольно поздно, в средние века. Основное свойство дракона - острое видение. Эту черту у своего дракона китайцы отмечали еще до нашей эры. Глаз они ему не изображали. Один художник эпохи Тан (IX век) увлекся и изобразил глаза. Тогда комната наполнилась туманом, раздался гром, дракон ожил и улетел. У китайцев считалось, что дракон существо видящее лист травы с ребра на расстоянии 500 ли (километров 250). Греческое слово дракон происходит от того же слова, что и русское "зрак" (зрение) и означает остро видящий. Дракон концентрирует свойство видения. Убийство дракона означает освобождение света. Женщины светоносны. Спасение света вот суть деяния св. Георгия, освободившего Елизавету. Убитый дракон становится невидимым. Это передается его черным цветом. Зато видимым становится свет. Таково сюжетное динамическое прочтение убийства Георгием дракона. Но в этом факте скрыт еще один смысл - философский. Дракон - хранитель света, его вместилище. Дракон и свет неразрывно связаны. Недаром, это существо назвали "островидящим". Китайский дракон с древности изображался играющим жемчужиной, испускающей огонь и свет. Да и в русском мировоззрении есть тот же мотив. Например, в наличниках окон иногда встречается симметричное изображение двух драконов и находящееся между ними солнце.

Таким образом, в столкновнии Георгия с драконом разыгрывается драма борьбы света и тьмы. Вспомним, что в русском духовном стихе тема Егория покрыта звездами. Это световой персонаж, сам носитель света и освобождающий свет. Поэтому конь его белый. Плащ Георгия цвета неба. Копье Георгия золотое как луч солнца.

Если дракон когда-то был сам сопричастен свету и солнцу, то тоже можно сказать о его связи с женщиной. Освобождение Георгием Елизаветы аналогично освобожденнию света драконом. Женщина во всех мифологиях является носителем света. В русском фольклоре у нее "во лбу звезда горит".

Можно сказать, что в глубоком философском смысле образ дракона имеет отношение к такому человеческому сознанию, которое связано со зрением, с визуальностью. Поражение дракона следует воспринимать и как отказ от визуального сознания, от внешнего видения в пользу пробуждения внутреннего зрения, т.е. духовного сознания. Освобождение Елизаветы Георгием, следовательно, нужно рассматривать как акт духовного преобразования мира, который до этого был устроен эстетически, но не этически - на основе игры света и тьмы.

Имеется еще один аспект композиции из дракона, поражаемого солнечным копьем Георгия. Всем хорошо известна эмблема аптеки, где змея обвивает чашу на длинной ножке. Она происходит от эмблемы древнегреческого бога-врачевателя Эскулапа (римского Асклепия). Он имел посох, который обвивала змея. Аналогичные эмблемы в виде змеи, обвивающей посох, характеризовали божеств, связанных с нижними уровнями вселенной (Дионис), или посредников между этими уровнями (Гермес). Следовательно, змея обвивающая посох - это поднимающееся человеческое сознание. Тогда побивание змея Георгием оказывается актом, пробуждающим наше дремлющее сознание.

Вот так к нам пришел Георгий Победоносец. Не только из глубины веков через стадии великомученика, царя-властителя, защитника христиан. Но из глубины нашего собственного сознания. Георгий Победоносец, изображенный на гербе Москвы, это символ отречения и подвижничества. Символ открытости нашего сознания. Он близок христианскому, мусульманскому и иудаистскому мировоззрениям, тесно связан с народным верованием. Он доносит до нашего времени древнюю идею человечества о страдающем и возраждающемся божестве. Для современного человека драма Георгия должна означать его собственные страдания и победу над собой, т.е. над темными силами внутри своего собственного сознания. Таким образом, Георгий Победоносец предстает универсальным символом, который выражает открытость Москвы, одного из крупнейших городов планеты, всему миру. Этот символ близок людям всех вероисповеданий. Ведь он знаменует победу над всем косным и корыстным. Победу жизни в природе ли, в судьбе ли человека, в жизни государств и народов.

Литература

Аверинцев С.С. Георгий Победоносец // Мифы народов мира. Энциклопедия. Т.I.  М.,  1980.

Герб  //Энциклопедия. Изд-во Брокгауз и Ефрон. Т.VIII (15). СПб., 1892. Герб //Москва. Энциклопедия. М., 1998. С.209.

Ермолин Е.А. Символы русской культуры. Х-XVIII вв. Яросавль:Изд-во ЯГПУ, 1998.

Иванов В.В. Конь. Мифы народов мира. Энциклопедия. Т. I. М., 1980.

Кирпичников А. Георгий святой, великомученик, победоносец //Энциклопедия. Изд-во Брокгауз и Ефрон. Т.VIII (15). СПб., 1892.

Плюханова М.Б. Сюжеты и символы Московского царства. СПб:Акрополь, 1995.

Чеснов Я.В. Дракон, метафора внешнего мира //Мифы, культы, обряды народов зарубежной Азии. М., 1986.